ПЕРИНАТАЛЬНЫЕ МАТРИЦЫ

with Комментариев нет

Перинатальная психология — область знаний (подотрасль психологии развития), которая изучает обстоятельства и закономерности развития человека на ранних этапах и их влияние на последующую жизнь. Слово перинатальный состоит из двух слов: пери (peri) — вокруг, около и натос (natalis) — относящийся к рождению. Таким образом, перинатальная психология — это наука о психической жизни нерожденного и только что родившегося ребёнка. Основатель перинатальной и трансперсональной психологии Станислав Гроф с помощью эмпирического исследования состояний сознания человека создал теорию о базовых перинатальных матрицах — мощнейших базовых переживаниях, сопутствующих стадиям внутриутробного развития, которые запечатлеваются в организме человека и определяют всю его последующую жизнь.

Созревание

Первая перинатальная матрица-«Рай»
(время развития плода до момента схваток)

Fehu (Феху)

Феху

В этой матрице присутствует очень сильное ощущение счастья, удовольствия, беспечности, безвременности. Феху полна самодостаточности и самодовольства.
Она отражает женскую часть психики человека. В ней проявлена неразделенная двойственность: тело матери, которая кормит плод, и плод, который растет благодаря телу матери.
Через тело матери приходят первичные реакции на определенные раздражители из внешнего хаотического пространства «вне матери». Первичные реакции воспринимаются на уровне химии тела матери, изменения привычного состава крови. И именно такие реакции воспринимаются как должные, единственно возможные.
Феху – это женское, данное изначально. На уровне Феху реализуется инстинкт стабильности, неизменчивости, стремление оставаться в единстве, в полном гомеостазе с материнским, кормящим «я».
Иньский характер Феху проявляется в желании неизменной стабильности удовольствия, накоплению тела и ресурсов, стремлении остановиться в «здесь и всегда» и остановить это «здесь и всегда» навеки.
Она переменчива, определяет дискретное, одномоментное ощущение – восприятие некоего процесса, длящегося во времени. В Феху человек воспринимает «здесь и сейчас» как вечное, неизменное.

Uruz (Уруз)

Уруз

Это руна самодостаточной устремленности вне какой-либо определенной осознанной цели. Это – чистое инстинктивное побуждение, и это – наиболее энергонасыщенная программа психики.
Уруз отражает мужскую часть психики, стремящуюся к росту тела, к заполнению собой всего имеющегося жизненного пространства. Явное и активное проявление ян-принципа, противостоящего постоянной стагнации Феху.
Это активный рост тела, проявление мужского начала – действующего, активного, первичного проявления Духа, желающего избавиться от навязанной формы и тюрьмы материнского тела ради обретения свободы своего тела. При этом активно проявляется инстинкт развития сознания, инстинкт жизни. Но жизнь нужна для полной самореализации сознания, закономерным итогом которого является смерть как единственный способ нашей части Души вернуться к изначальному единству.
Уруз подключен к потоку, содержащему силу самого глубинного уровня бессознательного. Уруз – это та сила, которая растет внутри некой формы, защищенная ею, и стремится заполнить всю форму целиком, без остатка, взломать ее границы и вырваться вовне.
Урус первоначально содержалась в Феху, но стала заметна лишь в момент конфликта «старая форма и интенсивный рост», лишь тогда, когда он уже переполняет форму и создает некое напряжение на ее границах. Именно сила Уруз расширяет первичное одномоментное восприятие Феху, выводя его на восприятие процесса.
Если Феху – восприятие частицы, ограниченного среза процесса, то Уруз – восприятие процесса, тенденции развития. В Урузе еще нет возможности осознать глубинные законы, организующие процесс, но сам процесс уже воспринят.

Границы жизненного пространства —
стенки матки

Архетип границ безопасного жизненного пространства, разделяющих «свое» и «не свое».
В реальной жизни психика старается повторить внутриутробное состояние и найти вокруг себя «матку»: стены дома, одежду, границы ситуации… Все, что разграничивает «наше» и «иное». Привычное, удобное – и непонятное, возможно, даже опасное. Поиск идет абсолютно бессознательно.
Стремление к комфортности ограниченного пространства, так как психика обретает самоотождествление с телом в уже в развитом плоде, когда стенки матки рядом, плод касается их своим телом и ощущает их, они для него «обозримы» и достижимы.
Иногда комфортен абсолютный простор, – психика отождествляется с телом эмбриона. Чем позднее «я» самоотождествилось с плодом, тем больше тяга к закрытым пространствам.

Окружающая среда —
околоплодные воды

Архетип абсолютно комфортного жизненного пространства, которое гасит резкие шумы, гравитационное воздействие, компенсирует давление извне, работает как амортизатор. Плод буквально парит в околоплодной жидкости, не чувствуя границ собственного тела: единая температура, давление создают ощущение растворенности и единства тебя и окружающего. Именно это слияние и переживается как блаженство.
В реальной жизни бессознательное стремление окружать себя вещами, людьми, событиями так, чтобы они принимали удары извне, разделяли нашу ответственность, растворяли нас в себе…
Желания слиться: с природой, с окружающими людьми, с происходящим… Или раствориться в теплых объятиях любимого человека, касаясь его тела под теплым одеялом, свернувшись в эмбриональной позе, блаженно закрыв глаза…
Отсутствие «слияния», отсутствие комфортной обстановки, понимающих и разделяющих наши взгляды людей, отсутствие процессов жизни, с которыми мы едины, ведет к бессознательному дискомфорту, беспокойству, тревожности.

Ритм —
шум сердца матери

Архетип повторяющихся событий, упорядоченных действий, ритмики и индивидуального темпа нашей жизни. Ритмичность и повторяемость событий успокаивает и внушает психике – мы в первой матрице, мы в утробе, в абсолютном комфорте…
В реальной жизни часы – основной упорядочивающий нашу жизнь объект. Слушание музыки как упорядоченных в определенном ритме звуков. Покачивание телом, ногой, или головой, постукивание пальцем или карандашом – бессознательное стремление воспринимаемую стрессовую ситуацию ввести в ритм повторений, ритм комфорта.
Все неожиданное, неритмичное, вне привычного темпа события воспринимается как стресс – положительный или отрицательный. На бессознательном уровне реакция на такой стресс полностью зависит от того, как мама в период вынашивания реагировала на схожую ситуацию. В зависимости от реакции в ее кровь выбрасывались определенные вещества, вызывающие ответные реакции тела и психики – страх, напряженность, агрессия, радость, возбуждение и т.д. И наша психика принимала такой состав крови в себя и «записывала» информацию: «на такой внешний раздражитель вот такая реакция крови является идеальной».

Сила Вселенной —
материнский организм вне матки

Архетип Божества, существа, организующего нашу жизнь, стоящего между нами и внешним хаосом жизни, всемогущего и всезнающего, «просто так» и «ни за что» дающего нам еду, информацию, развитие, защиту…
Психика плода слита воедино с психикой матери – на уровнях тела. Слов, интеллектуальных размышлений матери плод не понимает и не воспринимает. Но вот материнское тело, его состояние, кровь и ее химия, реакции тела и крови на эмоционально-чувственные посылы воспринимаются плодом полностью. Психика плода «считает» мать собой – большей частью себя. И главное тут – отсутствие конфликта и разделения. По сути, это любовь – полное слияние двух людей вне осознания и понимания, на глубинных уровнях, «вне ума» – бессознательных и сверхсознательных.
Во взрослом состоянии в любви ум отключается и не востребуется, в состоянии плода ума еще просто нет. Именно отсюда работает архетип христианского подхода во взаимоотношениях с Богом.
Богу от нас ничего не надо – кроме любви. Ведь плод матери дать ничего не может, это мать дает плоду. Но чтобы это происходило, чтобы плод мог принять даваемое матерью, он должен «любить» ее, быть в неразделенности с матерью. Так и Господь, ему от нас ничего не нужно, мы ему просто ничего дать не можем, Он и так является Всем. Он сам нам дает… А вот чтобы принять даваемое (даваемое ежемгновенно и полностью), нужно любить Бога. Но любить не в умственном понимании.
«Абсолютное доверие, неразделенность и открытость вне слов, действий, мыслей, понятий и категорий – вот идеал отношения к Богу. И отношения нас к матери, а матери к нам – желаемые отношения.
Материнский организм обеспечивает защиту, питание, информацию, развитие, он должен быть малоосознаваем, как нечто большее, чем «я», – на десятки порядков больше и противостоящее хаосу непонятного извне. Он организатор твоей жизни.
Рождаясь, ребенок, отделенный от матери, еще несколько месяцев слит с ней бессознательно. Но с шести месяцев эта связь ослабевает, и он опять же бессознательно ищет «материнское начало». И всю жизнь потом. Это могут быть отдельные люди, организации, системы, религии, идеи…

Связь, дающая Жизнь —
пуповина

Архетип связи нашей психики и пространства вне стен матки, вне ограниченного привычного жизненного пространства. Пуповина связывает нас с источником еды, информации, жизни. В идеале этот источник – материнский организм.
Пуповина – это образ мудрого змея или змеи, символизирующий связь с коллективным бессознательным. Именно змея отражает информационный поток, передаваемый через пуповину от матери. А образ пуповины-древа в большей мере отражает функции питания и структуры.
В реальной жизни эта пуповина устанавливается с любым объектом, необходимым для нас, – с момента перерезания реальной пуповины. И эти вторичные пуповины очень четко просматриваются на энергетическом уровне – выходящие из нас шнуры, жгуты, шланги, провода… Связи эти могут быть установлены нами, а могут принадлежать и кому-то извне, входя в нас.

Психика плода в первой перинатальной матрице воспринимает свое мгновенное состояние как вечное и неизменное (Феху), но одновременно воспринимает и состояние роста тела (Уруз), а также его последствия. И это, пожалуй, первый конфликт психики и первая задача: преодолеть эту разделенность.

Вторая перинатальная матрица-«Ад или грехопадение»
(период схваток)

Thuriasaz (Турисаз, Туре)

Турисаз

Турисаз – сила, которая останавливает и сдерживает Уруз, накапливая потенциал силы расширения. Турисаз изначально заключена в Уруз. Но становится заметна лишь в момент расширения Уруз на «чужое» жизненное пространство, не имеющее отражения во внутренней картине мира.
По сути, Турисаз связывается с «я», которое принудительно соединено с материнским прошлым, Но сам по себе Турисаз инертен, он – остановка и концентрация, он – период куколки, напряжения перед стартом. Всегда нужна некая сила, которая поможет идти дальше.
Сжатая матка впервые позволила ощутить свое тело как «я». Но схватки заставляют осознать тело, его границы, его силу, его плотность. Осознать телесность. Однако «я» инстинктивно стремится к самоотождествлению себя с чем-то намного большим, с расширяющимся сознанием, а не ограниченным телом.
Турисаз активно сдерживает, а Уруз активно давит, сопротивляется сдерживанию. И в высшей точке конфликта вместо физического роста и прорыва, по сути, неконтролируемого порыва Уруз, возникает не физический, а созидательный прорыв – расширяется не тело, как раньше (Уруз), а психика (Ансуз).
Психика самоотождествляет себя с чем-то большим, огромным, желанным, совершенным – и жизнь тела как самоцель становится не важна.

Ansuz (Ансуз)

Ансуз

Анcуз – это расширение психики, выход из замкнутого тела. Ансуз также содержится в Турисаз (Турисаз – проблема и вопрос, Ансуз – ответ и решение в самом вопросе), но становится заметен и явно действует лишь в момент полного перенапряжения в Турисазе. Ансуз – связывается с «я», которое хочет стать родителем, но самостоятельным, свободным.
Ансуз – это обманщик, предатель, преследующий свои цели. Но обманщик ради чего-то высшего, великого. Именно так во второй перинатальной матрице воспринимается Родитель.
Родитель – Ансуз, тот, кто не понятен и коварен, тот, кто доставляет страдания (сжимает матку), и тот, от кого ждут помощи, одновременно опасаясь ее. Во время схваток именно ожидание Ансуз заставляет плод поскорее умереть, стереть память о блаженном и бездеятельном пребывании в огромной утробе матери.
В момент умирания, когда матка сжимается так, что совсем уж деться некуда, наступает озарение, возникает Ансуз – расширенное состояние психики, приходит понимание верного действия.
Ребенок устремляется вперед, рвется родовой мешок, раскрывается матка, наступает период третьей перинатальной матрицы.

Границы жизненного пространства —
«сжимающие тиски» стенки матки

Стенки матки вместо того, чтобы защитить и сохранить границы жилого пространства, сжимают человека, причиняют боль, приносят чувство несвободы, блокируют «мобильность». Давят стены дома, границы семейных правил и законов, подавляют правила на работе, угнетают маленькая зарплата и старая жена (хотя когда-то они так радовали). Именно границы пространства дают возможность осознать и границы личного «я», и внутренние возможности, потенциал, развитие.

Окружающая среда —
«давящая среда» околоплодных вод

Из адаптирующего амортизатора, из среды, дающей свободу развития, обеспечивающей отсутствие давления, околоплодные воды вдруг становятся фактором распространения давления повсюду, на каждую клетку тела, равномерно перенося давление матки повсюду.
Кроме того, ранее чистые и ясные воды начинают засоряться продуктами жизнедеятельности плода. Под давлением воды они как будто стараются проникнуть внутрь плода.
А потом воды вообще уходят – и Стены давят и давят на нас…
Так и наше жизненное окружение из абсолютно бесконфликтных людей, мягких и добрых (пока мы не коснулись их маленьких территорий в границах большой территории «матки») превращаются в конкурентов, во врагов, лезущих в личную жизнь, старающихся уменьшить нашу зону жизни и изменить нас. На самом деле это мы стали больше, выросли, начали реализацию своих естественных амбиций роста. Причем росли мы за счет ресурсов своего окружения, исчерпывая его ресурсы для нашего роста.
А затем когда наступает ситуация, соответствующая второй матрице, мы бессознательно начинаем настороженно относится даже к самым близким людям, создавая конфликты и противоречия.

Сила Вселенной —
материнский организм вне матки «Злой Предатель-Бог»

Из организующей и дающей жизнь силы мать превращается в Бога непредсказуемого, несоответствующего ранее познанным через повседневную жизнь законам Вселенной. Бога – Злого Предателя, от которого следует избавиться и найти «настоящего», «истинного», того, кто был в первой матрице.
В жизни этот сценарий наиболее явно и полно срабатывает в подростковом возрасте, когда ребенок перерастает пространство «матки» – родительского окружения и формы родительской опеки. Превратившись в подростка, который воспринимает родителей как мешающих и подавляющих его развитие существ, он говорит: «Вы не настоящие, мои настоящие родители так никогда бы не поступили!». И начинается поиск «настоящих родителей».
Подросток, расширив психику за пределы прежних представлений о «родителях вообще», составляет некий образ «идеальных родителей». И начинает поиск подходящих персонажей за пределами семьи, за пределами прежнего жизненного пространства.

Ритм —
ритмичный шум сердца матери

Из размеренного ритма развития ритмичный шум сердца матери становится причиняющим боль фактором – громким, слишком быстро бьющим по итак перевозбужденной нервной системе плода. И плод старается заменить его биением собственного сердца, личным жизненным ритмом.
В реальной жизни, когда срабатывает вторая перинатальная матрица, происходит следующее. Обыденные обстоятельства, устоявшийся режим, ритм жизни, раньше воспринимаемые как приятные и спокойные, вдруг становятся надоедливыми, навязчивыми,контролирующими, противопоставленными вдруг ощущаемому личному ритму.

Связь, дающая Жизнь —
пуповина

Во второй матрице пуповина начинает мешать нам, она занимает достаточно много места в минимальном объеме жилого пространства. Пуповина словно борется с нами за место в жизни. Кроме того, если в пульсации матки прослеживается ритм (ритм схваток) и к нему плод может адаптироваться, то в движениях пуповины нет и намека на порядок. Она скользит, обвивает тело, и существует вполне реальная возможность быть задушенным пуповиной. Отсюда, панический страх перед змеями у большинства людей и неприязнь ко всем змееобразным существам (например, червям).

Третья перинатальная матрица «Изгнание из Рая»
(прохождение по родовым путям)

Raidho (Райдо)

Райдо

Руна Райдо осуществляет контроль. Ансуз не может шириться бесконечно, и должна быть остановлена, иначе психика полностью разотождествится с телом и тело умрет в физическом смысле. А психика в лучшем случае вернется в Душу, а в худшем (что чаще всего и бывает) превратится в призрак, фантом, а то и поселится в психике Родителя, стараясь занять его тело.
Райдо приходит тогда, когда Ансуз – расширенное иррациональное состояние психики – приближается к границе понимаемого и, следовательно, бесконфликтно воспринимаемого и принимаемого. У этой границы Ансуз переворачивается и вступает в силу Руна Райдо.
Райдо определяет инь – существующее положение вещей.
От расширенного, бессознательного, эйфорийного состояния Ансуз, поддерживаемого выбросами эндорфинов, психика приходит в более осознанное состояние и понимает необходимость не витать в облаках эйфории, а двигаться вперед в реальных условиях. Сжатие тела идет со всех сторон, накопленная энергия требует выхода, но в утробе выхода нет, он есть только вовне тела матери.
Состояние движения – естественное состояние этой матрицы. С одной стороны, это движение к рождению ребенка, с другой – к смерти плода.
Именно в руне Райдо активизируется архетип сражения и объединенности, умения преодолевать сопротивление, прорываться вперед, укреплять волю и намерение.

Kenaz (Кеназ, Кено)

Кено

Кено – ян – желаемое состояние.
Ребенок движется по родовым путям к выходу, выходу мгновенному, яркому, освобождающему. Боль и наслаждение, стеснение и движение, агрессия и мягкость слиты воедино, нераздельно. Тут закладывается сексуальность человека и способность к оргазменной разрядке, ибо сам момент выхода из тела матери (именно момент) и является первым оргазмом. Когда ребенок движется по родовым путям, он ощущает сильный жар и видит перед собой яркий свет – абсолютно новый, абсолютно неосознаваемый в прежних категориях психики, объект. И жар, и свет связаны для него с освобождением, смертью и рождением. Рождением, за которым предполагается слияние с собой другим, Божественным. Это все – Руна Кено, Руна Огня, основополагающей стихии Творения.
Кено – это состояние любви, влюбленности, в котором человек, раскрываясь, отождествляет себя с кем-то и старается этим кем-то стать. Причем сам момент «стать» зачастую связывается с сексуальным актом, который оканчивается оргазмом – максимальным слиянием-растворением в объекте влюбленности. Ведь и ребенок движется вперед ради надежды вновь ввергнуться в мать, в утробу, в первую матрицу.
Именно эта иллюзорная надежда помогает двигаться и рождаться. Причем, если акцентироваться на самоотождествлении, янская Руна Кено в этой матрице сливается с «я» – сознанием, сила Огня исходит из человека. Вообще энергия Творения проявляется в нас изнутри и изливается наружу, в окружающий мир. А иньская Руна Райдо воспринимается как внешняя, данная изначально сила, помогающая в реализации Огня – Кено.

Границы жизненного пространства —
стенки матки

и
Сила Вселенной —
материнский организм вне матки

Кено наделяет индивидуальным смыслом движение в Райдо, останавливает внутреннее безропотное и часто гнетущее перемещение по безвариантному маршруту его пространства и Силой, которая пытается разрушить тело и сознание человека, поглотить его, вернуть в среду, из которой тело было «выращено». В психике возникает ощущение, что «ты – неудавшийся эксперимент» и теперь тебя «деструктируют». И нужно бежать, бежать, бежать…
При этом Мать как Высшее Божество, по сути, проверяет, готов ли ты к жизни вовне, в мире жестком и агрессивном. Выдержишь «огненные жернова» третьей матрицы – выживешь и в мире вовне (а Мать знает – как оно там…). Не выдержишь, замрешь, отдашься – перемелет тебя, никчемного и слабого, незачем тебя рожать.

Ритм —
ритм собственного сердца

Происходит замена внешнего ритма жизни, который ранее задавали некие неуправляемые человеком процессы, на собственный автономный жизненный Ритм.

Связь, дающая Жизнь —
пуповина

Пуповина по-прежнему остается «змей» угрожающий жизни, более того, он теперь реально не пускает в дверь и может реально «душить» при движении вовне.

Окружающая среда —
дверь – выход из матки

На этой стадии окружающая среда служит единственной возможностью спасения. Теперь главное в жизни маленького человека — путь к новой матке снаружи и обретению утраченного счастья.

Четвертая перинатальная матрица «Новая Жизнь»
(выход из матери и отрезание пуповины)

Gebo (Гебо)

Гебо

Гебо определяет иньский этап четвертой матрицы – обязательный процесс запуска адаптационных механизмов и разделенности психики. Тут каждая часть «я» вступает в партнерство с одной из перечисленных сил-стихий. Причем очень важно осознать: главная и единственная задача психики в первом контакте с внешним миром – физическое выживание. И для этого задействуется большая часть механизмов психики и тела.
Основная часть жизненной энергии в этот момент уходит именно на активизацию механизмов адаптации, обеспечение их функционирования и дублирование этих механизмов другими си-стемами, а затем повторное дублирование механизмов адаптации.
Причем бессознательно «я» подразумевает самый худший вариант «длящегося настоящего» и постоянно сохраняет огромное количество энергии и механизмов организма «на всякий случай», как неприкосновенный запас. Ведь «я» как будто застывает на этом катастрофическом моменте столкновения с реальностью. Первая чакра сохраняет этот огромный запас силы. Именно его в практиках Кундалини освобождают при изменении сознания.
Гебо – Руна вынужденного, иньского состояния. Она сдерживает бесконтрольный Огонь – Кано, грозящий буквально уничтожить «я» из-за неумения и невозможности учитывать реалии внеш-ней обстановки. Условно говоря, можно выбежать из бани обнаженным и броситься в ледяную воду, но из нее нужно вовремя вый-ти. Когда механизмы адаптации (Гебо) начнут сигнализировать, что внутреннего тепла, накопленного в парилке (Кано), уже не хватает для создания благоприятной зоны жизни вокруг тела – тело «начинает замерзать».

Wunjo (Вуньо)

Вуньо

Вуньо – вторая Руна матрицы, янская Руна, Руна самоотож-дествления «я» с новым статусом. Гебо сама по себе склонна посто-янно подстраиваться под внешние условия – физические, социум-ные, социальные и т.д. При этом «я» исчезает как нечто индивиду-альное, отличное от внешней среды. Это вроде бы и не плохо, но программа дальнейшего развития в этом случае не работает.
И для развития в четвертой матрице включается Вуньо – Руна-флюгер, Руна адаптации к внешним условиям, с одной стороны, и умения получать личное, индивидуальное развитие и удовольствие в адаптированных условиях – с другой. Иными словами, из состоя-ния абсолютной адаптированности Гебо к окружающему миру именно Вуньо выбирает направление индивидуального развития и в этом направлении сосредоточивает осознанную адаптацию. В этой Руне «я» достигает некоего осознаваемого результата и испытывает чувство глубокого удовлетворения и радости от завершенности гештальта…
На уровне мифологии и Гебо, и Вуньо связаны с агрессией и войной. Гебо – Руна договора между асами и ваннами, между Бога-ми Неба, Порядка, Войны и Смерти и Богами Земли, Хаоса, Мира и Жизни. Как небесное существо – ребенок – врывается в мир Земли, так и асы пришли в места обитания ванов. И между ним разразилось сражение, и наилучшим выходом оказалось заключение мира-партнерства, причем с обменом заложниками. И тут прослеживается крайне интересный момент.
Ваны (т.е. части внешнего мира, принятые организмом) были приняты асами как свои, включены в их круг, ассимилированы и слиты в едином «я». А вот судьба асов, отданных ванам, была более сложной.
Асы отдали ванам двоих – йотуна Мимира, по сути, даже и не аса, а некую изначальную, первичную структуру психики, и аса Хе-нира — как показалось ванам, очень недалекого и глупого, а на са-мом деле неспешного и выжидающего. Мимир стал наполнением Хенира, его внутренней сутью, но ваны восприняли ситуацию как обман и убили обоих, отправив их останки асам. Причем голову Мимира оживил Один, и она продолжала выполнять свою функцию Истока Мудрости, а Хенир будет возрожден после Рагнарока. Асы и чужим обогатились, сделав самых знатных ванов – Ньорда и его детей, Фрею и Фрейра – членами Асгарда, и своего не потеряли…
Таким образом, асы – наш организм – в адаптации отдает очень большую часть себя окружающему миру, принимая взамен часть его. А миру отдает то, чем можно пожертвовать без ущерба для себя (Хенир), и то, что, пройдя процесс жертвоприношения, своей сутью вернется обратно организму.
Руна Вуньо связана с Золотым Петушком Гунлигамби, сидя-щим на вершине чертога Одина и поворачивающимся в ту сторону, откуда наступают враги. Иными словами, это часть «я», которая реагирует на наиболее опасные, агрессивные и угрожающие жизни внешние неконтролируемые факторы и направляет туда внимание, осознание и намерение.

Границы жизненного пространства —
стенки матки

Стенками новой «матки» становятся мамины руки, стенки коляски, свободная детская одежда. Если ребенок туго спеленат, то психика «включает» вторую перинатальную матрицу – «схватки» со всеми вытекающими для психики последствиями: потерянность, страх, ощущение себя на грани смерти и т.д.

Окружающая среда —
околоплодные воды

Околоплодными водами выступает вся окружающая среда, к которой организм старается адаптироваться так, чтобы ему «казалось», что он пребывает в околоплодных водах. Если адаптационного потенциала на хватает, организм начинает ощущать себя как во второй матрице и активирует третью матрицу, сопротивляясь агрессивной среде.

Ритм —
шум сердца матери

С шумом сердца ассоциируются любые шумы вокруг, при этом наиболее благоприятный шум – именно биение сердца матери или звук с такими же темпом, амплитудой, ритмом. А также покачивание, которое имитирует ритм походки мамы, который чувствовался уже в период третьего триместра (ранее околоплодные воды гасили эти колебания). Постепенно психика научается принимать любой гармоничный (с точки зрения теории музыки) шум как Ритм Жизни. И не принимать дисгармоничный шум или ритм, схожий с ритмом биения сердца матери в период стресса, волнения, переживаний. Кроме того, ребенок постепенно научается устанавливать «свой биологический ритм» в противовес «материнскому».

Сила Вселенной —
материнский организм вне матки

Мама вновь становится Добрым и Благим источником Защиты, Еды, Тепла.

Связь, дающая Жизнь —
пуповина

Реальной пуповины, на этом этапе, конечно же, нет, но стремление телесного контакта с матерью (держаться за палец во время сна, цепляться за по «родному» пахнущую одежду) заменяют пуповину. Кроме того, сосок матери становится явной заменой пуповины – он дает Пищу. На энергоинформационном уровне ребенок устанавливает «энергопуповину» мгновенно после отрезания реальной, по сути, восстанавливает ее и продолжает энергетически питаться силой матери.

Перинатальные матрицы

Оставить ответ